К. Миллс - Зимний мир [ Зимний мир. Книга Брандеры. Книга Жанны]

Я радовалась предстоящему визиту, хотя предупреждение Тремо тоже не выходило из головы. Это был только слух, говорила я себе. Но я не могла убедить себя, что это было не важно. Лхарр должен узнать об этом скоро. Я была только лишь одним из многих, кто знал об этом. Он должен узнать как можно скорее. Я не могла откладывать свой рассказ о визите в Гильдхолл более чем на один день.

Представляю, как будет взбешен Лхарр! Я испугалась последствий. Утром. Я расскажу ему утром. Несколько часов не имеют большого значения.

Вещи были упакованы, и все женщины в своих постелях, и я уже засыпала, когда в дверь постучали. Поднялась Жаклин и впустила Вейсмана. Все его тело дрожало от возбуждения.

— Ларга, срочное сообщение для вас. С космического корабля! Он говорит, что это важно. — Высокий голос Вейсмана срывался, когда он говорил.

— Кто говорит? Где?

— Капитан космического корабля. В переговорном центре, на стартовой площадке. Вы должны идти.

Я накинула на себя халат, запахнула его спереди и быстро пошла.

Это был Питер! Как я хотела видеть его!

— Жанна, вы одна? — Голос Питера был очень слабым.

— Сейчас. — Я махнула рукой техникам и Вейсману, чтобы они вышли. Мне показалось, что библиотекарь делал это неохотно, так что я строго взглянула на него, чтобы он поспешил. — Как дела дома, Питер?

Двенадцать секунд задержки в радиопередаче создали ощущение, что мой ответ повис в воздухе.

— Я сейчас все расскажу, Жанна. Надвигается шторм, и я должен где-то укрыться. Я также плачу три сотни за минуту разговора минус время задержки, конечно. Я нахожусь на расстоянии Прыжка от системы Старкера, возможно, такой шанс не представится еще несколько лет. Я могу прибыть в посадочном модуле для встречи с тобой через четыре часа.

— Питер, ты совершаешь преступление!

Двенадцать секунд. Питер всегда хотел быть не кем иным, как только капитаном корабля.

— К черту! Я хороший инженер. Я могу получить другую работу.

— Ты так много работал!

Шесть секунд, чтобы сигнал дошел до него, и шесть секунд обратно. С одной стороны, это действовало на нервы, с другой, это давало мне время подумать.

— Не беспокойся о последствиях! Шторм уже приближается. Ты можешь освободиться?

Я быстро обдумывала ситуацию. Только лишь местность без холмов могла быть безопасной для посадки модуля. Если я немедленно исчезну, Лхарр хватится обо мне через четыре часа. Затем я подумала о неизбежной церемонии, которая отрежет меня от мужчин навсегда.

— Я вышла замуж за него, Питер.

Ему сказали об этом, несомненно.

— Тебя насильно заставили, а это нарушает галактические законы. Раз с тобой поступили незаконно, то и ты свободна не выполнять их законы.

Я почувствовала сильное облегчение. Свободна! Никогда не носить стесняющей одежды, не подчиняться глупым правилам или подавлять свои способности потому, что женщины Гхарров не имеют права показывать их. Увидеть прекрасную зеленую Фру…

— О, Питер, давай вернемся домой!

Но затем мне пришли на память грязные сплетни Жюстины. Меня уже обвинял лорд Ричард в бесплодии и измене. Если я сбегу, то меня будут считать предательницей. Лхарр и много, или даже большинство, мужчин в Доме Халарека будут казнены, если я это сделаю.

— Я подумаю.

Надежда уехать домой и получить свободу в тот момент, когда меня оставили все надежды. Я почувствовала, как будто я задыхаюсь. Наконец я сказала изменившимся голосом то, что должна была сказать:

— Нет, Питер. Я не могу. Принять твою помощь — значит, совершить предательство. Лхарр заплатит жизнью за этот поступок. Много мужчин погибнет из-за этого. Я не могу сделать это, не могу.

Слышал ли он последние слова, произнесенные шепотом? Задержка связи показалась мне вечностью.

— Роджер. — И он исчез.

Я опустилась на пол и закрыла свое лицо руками. Я настолько оцепенела, что даже — не могла плакать. Он исчез, и с ним исчезли все надежды. Я оказалась навечно приговоренной остаться в этом мире.

— Ларга?

Техник просунул голову в приоткрытую дверь. Я хотела побыть одна, но, с другой стороны, не могла лишать техников их работы.

— Неужели дверь была открыта все время?

— Да, миледи. Она может быть открыта только изнутри, и мы были совершенно уверены, что вы не знаете, каким образом.

У техников были честные лица. Возможно, они нисколько не понимали по-фрувански. Вейсмана нигде не было видно. Я попросила охранников дать мне несколько сопровождающих.

Через несколько минут я уже была на своем уровне. Я хотела успокоиться, поэтому я стала ходить медленно вокруг центрального холла. Мои четыре охранника в синем стояли на значительном расстоянии спереди и сзади и не покидали меня. Я замечала всякий раз, проходя мимо покоев Лхарра, что у него нет охраны около дверей. Это означало, что его не было в комнате и что я могу отослать свою охрану к себе в покои, а сама пройти через комнату Лхарра в библиотеку.

Я отчаянно нуждалась в тишине и одиночестве, чтобы все обдумать.

Мой план было легко выполнить. Мои леди спали, а Лхарр куда-то ушел. Я проскользнула в его комнату и затем прокралась по железной лестнице в темноте вниз, потому что не знала, как включить свет на верхнем уровне. В библиотеке я решила, что темнота меня как раз устроит. Я зажгла искусственный огонь — он не давал много света, свернулась в кресле и уставилась на искусственные языки пламени, обдумывая ситуацию. Я подписала смертный приговор Лхарру, Кит, Джемми и многим другим из-за своей жизни в тюрьме. Долгое время это была единственная мысль, которая была в моем оцепенелом мозгу. Жизнь в тюрьме.

Когда я проснулась, из главной двери шел свет, означавший, что «день» уже настал. Я потянулась затекшими от неудобной позы руками и ногами. У меня не было сожалений по поводу прошедшей ночи. Я сделала единственно правильный выбор. На этой планете уже и так было достаточно убийств.

Я поднялась и потянулась снова. Я должна рассказать Лхарру предупреждение Тремо прежде, чем мои нервы снова придут в расстройство. Но когда я пошла искать его, он уже куда-то ушел с Ороарком, который будет отвечать за порядок в поместье, когда мы уедем. Поэтому у меня было несколько часов перед отъездом, чтобы продумать, как мне говорить с Лхарром.

Даже если Томми уже рассказал ему о том, что я была в городе одна, я все еще могла сказать ему о предупреждении Сэма. Ожидание предстоящего разговора действовало на нервы. Я откладывала идти на стартовую площадку для флиттера, как капризный ребенок. Наконец я пошла.

В залах было всего несколько человек, немного солдат и паж. Когда я проходила кухню, я услышала двух болтающих женщин сквозь шум тарелок, которые они мыли, и в их словах мелькнуло мое имя. Я остановилась за дверью кухни, обрадованная возможностью немножко отложить неприятный разговор с Лхарром и проверить свои знания в романском языке.